Эту историю Кевин Костнер потом расскажет на «The Graham Norton Show», без имён, мягко глядя в зал: «У всех нас есть друзья, с которыми ты начинаешь — и ты как будто сам себе обещаешь: кто бы из нас первым ни пришёл, он подаст руку другому». В 1981 году в актёрском классе в Лос-Анджелесе он подал руку человеку по имени Майкл Блейк. К 1991-му они оба будут стоять на сцене Dorothy Chandler Pavilion с золотыми статуэтками в руках — Костнер за режиссуру и за «Лучший фильм», Блейк за лучший адаптированный сценарий. Фильм будет называться «Танцующий с волками». Между этими двумя точками — десять лет, которые легко могли закончиться совсем иначе.
«Только один из нас умеет держаться на плаву»
Они познакомились в актёрской студии. Кевин — молодой, упрямый, с отчётливым ощущением, что он своего ещё добьётся. Майкл — на семнадцать лет старше, ветеран ВВС, отслуживший во Вьетнаме, журналист по образованию, переехавший в Лос-Анджелес в конце семидесятых писать сценарии. И не продавший к моменту их знакомства практически ничего.
Костнер, как мог, ему помогал. В 1983-м снялся в малобюджетном фильме «Рыцари Стейси» — единственном за всё десятилетие, который был поставлен по сценарию Блейка. Знакомил с нужными людьми. Подбрасывал заказы. Каждый раз история заканчивалась одинаково: отказ, разочарование, обвинения в адрес Голливуда. К середине восьмидесятых Блейк жил в машине, перебивался на диванах у друзей, шёл, по сути, ко дну.
В какой-то момент Костнер сорвался. Он сказал Майклу прямо: проблема, может быть, не в Голливуде. Может быть, нужно перестать обвинять всех вокруг и начать делать работу по-другому. Может быть — формулировка прозвучала жёстко — нужно просто стать лучше.
Это могло стать концом дружбы. Стало — паузой. Через какое-то время Блейк позвонил в дверь Костнера и сказал, что ему больше негде жить. Костнер впустил его. Жена Костнера, у которой к этому моменту был и муж, и дети, и вечно поселяющийся гость, через два месяца поставила точку: мне это надоело. Костнер с сожалением попросил друга съехать. Майкл собрал вещи, оставил в доме свои черновики и уехал в Бисби, штат Аризона. Маленький городок на самом юге — ближе к мексиканской границе, чем к Лос-Анджелесу. Устроился мыть посуду в китайский ресторан.
И продолжал писать.
Совет, который изменил всё
В этой истории есть одна деталь, которая обычно теряется при пересказе. У Блейка к началу восьмидесятых был сценарий вестерна про офицера северян, оказавшегося среди индейцев лакота во время Гражданской войны. Сценарий не покупал никто. Жанр считался мёртвым со времён катастрофы «Врат рая» в 1980-м, а ещё — слишком длинный, слишком медленный, слишком странный.
В начале 1986 года Костнер дал Блейку совет, который потом и сделает всё возможным: «Перепиши его в роман. У книги больше шансов. А если книга пойдёт — за ней уже подтянется и кино».
Блейк переписал. Роман отвергли больше тридцати издательств. В конце концов небольшое издательство Fawcett взяло его в мягкой обложке и пустило в продажу в основном через аэропорты. Книга называлась «Dances with Wolves» — «Танцующий с волками». И начала продаваться.
Но между «дал совет» в 1986-м и «книга пошла» — Аризона. Китайский ресторан. Мойка посуды. Дни, когда от мечты остаётся только усталость и ноющая поясница.
Спальные мешки, одеяла и неоткрытая папка
Блейк звонил Костнеру оттуда. Костнер слал ему — по собственному рассказу — спальные мешки, деньги, что-то из вещей. Помогал чем мог. И каждый раз слышал в трубке один и тот же вопрос:
— Ты прочитал то, что я тебе оставил?
И каждый раз отвечал — нет.
В этом «нет» было всё, что бывает в реальных мужских дружбах: и старая обида, и неуверенность («а вдруг плохо — что я ему скажу?»), и обычная человеческая отговорка «руки не доходят». Папка с черновиками лежала где-то дома. Блейк звонил. Костнер не открывал.
Однажды Блейк, по версии Костнера, рассказанной у Грэма Нортона, сорвался в трубку: «Просто прочитай!» И тогда Костнер, наконец, сел и прочитал.
Он скажет потом коротко: «Это была самая ясная идея для фильма, которую я когда-либо читал».
«Танцующий с волками»: фильм, которого не должно было быть
Дальше начинается вторая часть истории — уже не дружбы, а кино. Костнер выкупает права на роман. Он отказывается от роли в «Охоте за «Красным Октябрём»» — крупного, безопасного блокбастера с гарантированными гонорарами — ради этого вестерна, который никто не хочет финансировать. Студии разворачивают проект одну за другой: жанр умер, сценарий слишком длинный (три часа экранного времени), режиссёр-дебютант, бюджет растёт. К Костнеру за глаза приклеивается прозвище: «Кевиновский Гейт» — отсылая к разорительному провалу «Врат рая» Майкла Чимино, после которого Голливуд десять лет боялся вестерна как огня.
Костнер и его продюсер Джим Уилсон собирают деньги, продавая зарубежные права по странам поодиночке. Подписывают контракт с Orion Pictures — с правом окончательного монтажа за Костнером. Снимают с июля по ноябрь 1989-го в Южной Дакоте — на частных ранчо под Пирром и Рапид-Сити, в национальном парке Бэдлендс, в Блэк-Хиллз. Сцены охоты на бизонов — на знаменитом ранчо Triple U Buffalo в Форт-Пирре. Бюджет вырастает с пятнадцати миллионов до двадцати двух — Костнер докладывает из своих.
Премьера — 9 ноября 1990 года.
То, что произошло дальше, в учебниках истории кино называют переломом. «Танцующий с волками» — трёхчасовой вестерн, в котором почти треть диалогов идёт на языке лакота с субтитрами; в котором индейцы впервые в большом голливудском кино показаны не как дикари и не как жертвы, а как люди, со своими шутками, семьями, размолвками и достоинством; в котором главный герой — белый офицер — постепенно понимает, что цивилизация, к которой он принадлежит, истребляет цивилизацию более глубокую и древнюю, чем его собственная.
В прокате — 184 миллиона долларов только в США за полгода, более 400 миллионов по всему миру. На «Оскаре-1991» — двенадцать номинаций. Семь статуэток: «Лучший фильм», «Лучший режиссёр» (Костнер), «Лучший адаптированный сценарий» (Блейк), «Лучшая операторская работа», «Лучший монтаж», «Лучший звук», «Лучший саундтрек» (Джон Барри). Первый вестерн, взявший «Лучший фильм» после «Симаррона» 1931 года — то есть за шестьдесят лет.
«Танцующий с волками» возродил жанр, который Голливуд считал мёртвым. После него стали возможны «Непрощённый» Иствуда, «Последний из могикан» Манна, «Легенды осени», «Открытый простор» — всё то американское большое кино, в котором индейцы, ландшафт и тема столкновения цивилизаций перестали быть карикатурой. Племя сиу-лакота приняло Костнера в свои ряды как почётного члена.
На сцене Dorothy Chandler Pavilion весной 1991-го стояли двое мужчин, которые когда-то поссорились в чужой кухне в Лос-Анджелесе. Один — режиссёр и глава картины. Второй — бывший мойщик посуды из китайского ресторана в Бисби.
Майкл Блейк умер 2 мая 2015 года в Тусоне, штат Аризона, после долгой болезни. Ему было 69. После «Танцующего с волками» он написал ещё несколько книг, в том числе сиквел «Святая дорога» (2001) — продолжение истории Джона Данбара. Кевин Костнер тогда написал о нём короткое прощание: «Майкл нашёл свой голос — и потом подарил его всему миру».
