«Там, где каждый считает, что лично он не делает погоды, погода бывает самая отвратительная» (Феликс Кривин)
Мы пришли на природу. Стихийный пикник с детьми.
Пикник начался с уборки: мы убирали полянку за теми, кто был до нас. Смятые пивные банки под кустом, обертки от орешков, шелуха от семечек.
Мы убрали в мусорный пакет все, кроме этой шелухи. Если честно, она меня напрягала: я не могла отделаться от мысли, что кто-то сидел и плевал ее в траву. Внутри меня просыпалась брезгливость. Почему нельзя было сделать это аккуратно?
Мы веселились, смеялись, бегали с детьми в догонялки, играли в бадминтон, но я мысленно спотыкалась об эту шелуху и настроение мерцало, норовило погаснуть.
Я вспомнила, как однажды коллеги мужа позвали нас на каникулы. Мы — три семьи — сняли дом на майские праздники, и отлично провели время.
Мужики порыбачили, дети порезвились на природе.
В день отъезда мы с девчонками убирались в доме, а мужики — во дворе.
Нас просили выехать до 12, потому что в 14 уже заезжали новые жильцы.
Если честно, мы проспали (хорошо отдохнули за день до уборки) и очень торопились.
Я экстренно сдирала с подушек наше постельное белье, а другая женщина взяла швабру — протереть пол.
Она вытерла там, где видно, собрала пыль и мусор, вытряхнула их в мусорный пакет, а остатки взяла и загнала под ковер (моя бабушка такую уборку называла «лысинку протереть»).
Я подумала, что дома она так в жизни не сделает, а тут — чужое помещение, из которого мы через час выселимся навсегда. Не интересно быть эффективным в создании уюта и стерильности чужим людям.
Потом мы ехали домой, и у меня куда-то запропастилось хорошее настроения. Из всего прекрасного отдыха я запомнила стыдную грязь под ковром. Я злилась на себя: могла бы сделать замечание, но не сделала. Или могла бы сама взять швабру с тряпкой и убрать ту чертову грязь.
Но нас торопили — и я промолчала.
А теперь эта грязь под ковром пробралась в душу и там теперь тоже грязно.
Как-то раз мы с подругой опаздывали на мое выступление.
— Я вызываю такси, — сказала я.
— Зачем, давай каршеринг? Он выгоднее! — предожила подруга.
Мы прыгнули в чужую машину. Точнее общую. Подруга рассуждала, какая это выгодная и классная штука: и парковки бесплатны, и геморроя с эксплуатацией нет.
Мы выехали на трассу, солнце безжалостно светило в лицо. В моей машине в бардачке лежат солнечные очки, я забылась, и автоматически потянулась к бардачку.
Открыла и вскрикнула: там лежал, завязанный узелком, использованный презерватив…
Нет, мы удивительные все-таки люди… Мы заметаем под ковер грязь, плюем семечковую кожуру, завязываем узелки…
Мы и на планете так живем. Будто наступил май, и мы сюда на пикник заскочили.
Попользовались, как удобно, и потом, после нас — хоть потоп.
Но не будет «хотьпотопа», будет бумеранг.
Будут другие люди, которые будут за нами убирать.
А мы — за ними.
Все друг за другом будут убирать, пока кто-то не прервет этот порочный грязный круг и не оставит после себя стерильную чистоту.
Не из-за штрафа, а потому что чистота важнее грязи. И душа требует честности.
Чистота внутри, чистота снаружи.
И потому что общее — это и ваше тоже, даже в момент, когда вы уже уходите и вам больше не нужно.
Потому что так честно. И так чисто…
Автор — Ольга Савельева
Ольга Савельева — популярный блогер с читательской аудиторией 80 тысяч человек, писатель. Автор книг «»Два сапога. Книга о настоящей, невероятной и несносной любви», «Попутчица. Рассказы о жизни, которые согревают», «Апельсинки. Честная история одного взросления». Сборник рассказов «Апельсинки» стал бестселлером, вошел в топ самых продаваемых книг 2017 года, стал победителем в номинации «Лучшая художественная книга» по версии OZONЕ.
Творчество Ольги Савельевой полно света и добра, оно согревает душу, дарит предвосхищение чуда, которое вот-вот случится в вашей жизни, помогает разобраться в хитросплетении человеческих отношений.
Автор бережно собирает крупицы добра, которое замечает в обыденной жзни, и щедро делится ими с читателем.
Дорогая Попутчица, спасибо, что Вы своим своим творчеством учите нас любви, доброте, искренности, состраданию, неравнодушию.